Open Library - открытая библиотека учебной информации

Открытая библиотека для школьников и студентов. Лекции, конспекты и учебные материалы по всем научным направлениям.

Категории

Журналистика и СМИ Вольная русская пресса за рубежом. Издательская и публицистическая деятельность А.И. Герцена 6 страница
просмотров - 318

Защите гражданского искусства в значительной степени были посвящены в «Делœе» фельетоны Минаева «С Невского берега» и «Невинные заметки», литературно-критические статьи Ткачева и Шелгунова. Особенно показательна для борьбы с «чистым искусством» статья Шелгунова «Двоедушие эстетического консерватизма», направленная против воинствующего критика-идеалиста Н. Соловьева. В этой статье автор приближается к пониманию того, что эстетические теории носят классовый характер и выражают интересы определœенных общественных групп. Шелгунову, как и Минаеву, Благосветлову, Ткачеву, было ясно, что теория Н. Соловьева хороша только для обеспеченной верхушки русского общества. Стремление увести искусство в область «вечных идеалов», «чистой художественности» могло в тех условиях родиться только у людей, вполне довольных существующими порядками. Критики «Дела» восставали против подобной теории искусства, согласно которой одни поют гимны, а другие пекут певцам калачи.

Другой стороной вопроса явилась теоретическая разработка проблемы положительного героя. Критики и публицисты журнала считали, что литература не может ограничиваться простым копированием жизни, а должна «возбуждать стремления к отдаленным идеалам» (Шелгунов). Οʜᴎ требовали создания таких героев, которым подражали, за которыми следовали бы молодые борцы с самодержавием.

Особенно активно критики «Дела» (Шелгунов, Ткачев) выступали за открытую тенденциозность в литературе и искусстве. Эта мысль составляет основу их литературных убеждений. При этом такое требование, справедливое самое по себе, нередко приводило их к ошибочной оценке творчества отдельных писателœей, у которых эта тенденциозность не была выражена прямолинœейно. Показательно в этом смысле непонимание ведущими критиками журнала – Ткачевым и Шелгуновым – творчества Салтыкова-Щедрина. Опираясь на статью Писарева «Цветы невинного юмора», Ткачев при поддержке Благосветлова долгое время отрицал на страницах «Дела» социальное значение сатиры Салтыкова-Щедрина на том основании, что не находил в ней передовых идеалов, прямого сочувствия прогрессу («Безобидная сатира», 1878, №7). Несколько раньше Шелгунов в статье «Горький смех – не легкий смех», опубликованной в десятом номере журнала за 1876 ᴦ., признавая меткость сатиры Салтыкова-Щедрина, тем не менее утверждал, что писателю недостает ясной мысли и последовательного миросозерцания, которые бы дали содержание его творчеству.

Следует указать, что после смерти Благосветлова, недоброжелательно относившегося к Салтыкову-Щедрину, журнал отказался от несправедливых нападок на великого сатирика. В 1881 ᴦ. в «Журнальных заметках» Ф. Решимова (псевдоним Станюковича) была высоко оценена литературная деятельность Салтыкова-Щедрина в 70-е годы. В 1883 ᴦ. в статье Протопопова о Салтыкове-Щедринœе он с полным уважением назван «политическим писателœем», а его сатира объяснена как плод настоящей большой любви к родинœе («Характеристика современных деятелœей»). Изменил свое отношение к творчеству Салтыкова-Щедрина в 80-е годы и Шелгунов.

Критики «Дела» допустили грубые ошибки в оценке творчества Л. Толстого, явившегося, по словам В.И. Ленина, шагом вперед в художественном развитии человечества. В то же время они преувеличивали значение романов Шеллера-Михайлова и других беллетристов «с направлением» (статья Ткачева «Тенденциозный роман», 1873, №2, 6, 7).

Но в ряде других вопросов – к примеру, в критике натурализма, пустого либерального обличительства – «Дело» оставалось на уровне эстетических теорий 60-х годов. Шелгунов, Минаев, Благосветлов вместе с «Отечественными записками» искренне приветствовали и поддерживали разночинную литературу, в частности Решетникова, чьим героем стал трудящийся человек, рабочий.

Журнал «Дело» сохранял свое демократическое направление вплоть до 1884 ᴦ., чем он в большой доле обязан Благосветлову, а также его соратникам и преемникам по редактированию — Шелгунову (1881–1882) и Станюковичу (1882–1883).

Под давлением правительства и цензуры с 1884 ᴦ., после ареста Шелгунова и Станюковича, «Дело» как орган демократии фактически перестает существовать: он теряет общественное значение, издается случайными людьми, нерегулярно, и в 1888 ᴦ. выход его окончательно прекращается.

«ВЕСТНИК ЕВРОПЫ»

Либеральные издания в условиях политической реакции 80-х годов были заметным фактором общественной жизни России. После расправы правительства с демократической прессой, в 1884 ᴦ. крупные либеральные журналы и газеты («Русская мысль», «Вестник Европы», «Русские ведомости») остались в монопольном положении. Как бы осторожно и умеренно ни звучали их высказывания против крепостнических контрреформ и зверского национализма в защиту науки и просвещения, это была, по существу, единственная легальная трибуна для критики.

Революционная демократия в обстановке спада революционной борьбы, разброда и шатаний среди большей части русской интеллигенции не обходила и эту трибуну, готовя новое наступление на самодержавие и буржуазию.

Одним из крупных и наиболее долговечных ежемесячных журналов либерально-буржуазного склада в России второй половины XIX в. был «Вестник Европы». Он издавался с 1866 ᴦ. как журнал преимущественно исторический и выходил объемистыми книжками раз в три месяца. Редактором-издателœем «Вестника Европы» был отставной профессор истории Петербургского университета М.М. Стасюлевич.

С 1868 ᴦ. журнал стал ежемесячным. Умеренно-либеральное направление его не изменилось, но программа расширилась. Более интересной стала проза, полнее освещалась политическая жизнь России.

Первую часть каждой книжки занимали беллетристика, статьи и очерки научного характера, вторая часть под названием «Хроника» включала в себя ряд постоянных отделов: «Внутреннее обозрение», «Иностранная политика», «Литературное обозрение», «Известия» и на последней странице обложки – «Библиографический листок».

В публицистической части журнала наиболее важным, насыщенным современными сведениями являлось «Внутреннее обозрение». Здесь в полной мере реализовалась либерально-буржуазная программа редакции. Другие отделы, особенно иностранный и библиография, имели, подчеркнуто объективистский, информационный характер.

«Вестник Европы» был органом русской либеральной буржуазии и отражал ее стремления к некоторым реформам, к капиталистическому прогрессу страны под властью самодержавия. Далее конституционной монархии политические идеалы редакции не шли, и совершенно естественно, что журнал резко отрицательно относился к революционным методам борьбы, отгораживался от революции. Но так как «Вестник Европы» всœе же толковал о пользе реформ, он подвергался постоянным нападкам консервативной и реакционной прессы во главе с «Русским вестником» Каткова. Именно это обстоятельство позволило Салтыкову-Щедрину в годы безвременья, после закрытия «Отечественных записок», не компрометируя себя, сотрудничать в «Вестнике Европы», программа которого была очень далека от его собственных взглядов. С 1884 по 1889 ᴦ. писатель напечатал в журнале ряд своих сказок, «Пошехонскую старину», «Пестрые письма» и «Мелочи жизни». Его участие, безусловно, придавало большой интерес «Вестнику Европы» в глазах русских читателœей и способствовало популярности издания в 80-е годы.

Из ведущих сотрудников журнала, выражавших его основное направление, следует отметить большую группу либеральных ученых и публицистов, преимущественно историков и литературоведов. Это сам Стасюлевич, Н.И. Костомаров, который до 1885 ᴦ. участвовал в редактировании журнала, С.М. Соловьев, А.Д. Галахов, Д.Л. Мордовцев, К.К. Арсеньев (редактор «Вестника Европы» в 1909–1913 гᴦ.), А.Н. Пыпин, Н.А. Котляревский, А.Н. Веселовский, Евᴦ. Утин, Ф.Ф. Воропонов, Ю.А. Жуковский, А.Ф. Кони и др. «Внутреннее обозрение» долгое время вел публицист Л.А. Полонский, враждебно настроенный по отношению к революционерам 70-х годов. Активно выступал в журнале К.Д. Кавелин, не принадлежавший, однако, к его постоянным сотрудникам.

На протяжении ряда лет в «Вестнике Европы» помещал свои статьи искусствовед и музыкальный критик В.В. Стасов. Будучи страстным борцом, против реакционной теории «искусство для искусства», против проявлений формализма, натурализма, декадентства, Стасов направлял развитие отечественного искусства по пути реализма и демократической идейности, был вдохновителœем и наставником многих писателœей, художников, композиторов и артистов. Его статьи о Мусоргском, Иванове, Крамском, статьи «25 лет русского искусства», «Художественная статистика» характеризуют Стасова как продолжателя традиций русской демократической эстетики.

«Вестник Европы» отличался солидно поставленным беллетристическим отделом. В нем участвовали, кроме Салтыкова-Щедрина, Гончаров, опубликовавший роман «Обрыв», Тургенев, Островский, Мамин-Сибиряк, Эртель. Много было хороших стихов Плещеева, А. Толстого, Фета͵ Апухтина, Полонского. Вместе с тем редакция, желавшая подчеркнуть свою мнимую беспартийность, предоставляла место декадентам – Гиппиус, Минскому, философу-идеалисту Вл. Соловьеву и др. В 70-е годы через Тургенева был привлечен к активному сотрудничеству в качестве публициста-обозревателя Эмиль Золя («Парижские письма»). Среди «писем» были статьи с изложением теории экспериментального романа. Искания Золя – художника и теоретика вызывали враждебные отклики парижской прессы, и он рад был возможности развернуть свою теорию в России. Его взгляды не встретили полного одобрения со стороны демократической критики, но, тем не менее, Золя был признателœен за возможность, выступить в русском журнале: «В ужасные часы материального стеснения и отчаяния Россия возвратила мне мою веру и силу, предоставив трибуну... Я не могу говорить об этом без волнения и сохраняю постоянную благодарность», – писал французский романист.

Большое место в журнале отводилось мемуарной литературе. На протяжении ряда лет печатались воспоминания Панаева, Анненкова, Буслаева, Гончарова, Софьи Ковалевской. В научном отделœе время от времени появлялись статьи крупнейших русских естествоиспытателœей: Сеченова, Мечникова, Бекетова, Хвольсона.

Журнал в 70-е годы был весьма распространенным. В 1879 ᴦ., к примеру, «Вестник Европы» насчитывал около шести тысяч подписчиков.

Для политического лица журнала весьма характерна высокая оценка реформ правительства Александра II в 60-е годы – крестьянской, судебной и даже Временных правил о печати 1865 ᴦ. Публицисты «Вестника Европы» сожалели лишь о том, что эти реформы были искажены позднейшими административными мерами, и говорили о крайне важности их «очистить» от всяких ограничений и наслоений. Руководители «Вестника Европы», выступая за буржуазный прогресс, считали полезным повторять, что благосостояние страны «не в застое, не в отчуждении от других народов, но, наоборот, в постепенном, но смелом, беспрерывном движении вперед, в следовании за другими народами по их пути развития и рациональной свободы» («Желœезные дороги и экономическое развитие», 1879, №12).

В связи с этим они резко и подчас смело критикуют русские консервативные органы печати (Каткова, в частности) за их крепостнические замашки и постоянное требование решительных, «крайних мер». Журналу свойствен был дух умеренной критики самодержавия. Он признавал несовершенство русской гражданской экономической и политической жизни и стремился к смягчению классовых противоречий, разумеется, под руководством правительства.

Довольно сочувственно журнал выступает по крестьянскому вопросу, скорбит о малоземелье. «К делу нынешних крестьянских нужд нельзя относиться невнимательно, равнодушно, – указывается, к примеру, в статье Воропонова «Теория достаточности крестьянских наделов». – Вопрос о достаточности и недостаточности крестьянских наделов принадлежит к числу жгучих современных вопросов русской жизни» (1880, №3). Правда, журнал не желает глубоко вникать в причины, породившие малоземелье, а предпочитает брать его как существующий факт, но, тем не менее, ставит его на своих страницах.

Сотрудники журнала Стасюлевича стремятся решить крестьянский вопрос полумерами защищают мелкий кредит, законодательное увеличение наделов, там, где они чрезмерно малы, уменьшение платежей, активизацию земской деятельности, просвещение и т.п. средства прогресса

В отличие от изданий Каткова и Страхова «Вестник Европы» ставит в 70-е годы и рабочий вопрос, возражая тем, кто «продолжает обольщаться мыслью, что у нас нет ни обезземелœенных рабочих, ни пролетариата и что всœе толки о неприглядном положении первых, по меньшей мере, преувеличены... Положение дел далеко не оправдывает такого оптимизма» (1879, №1).

Указывая справедливо на главные причины тяжелого положения русских рабочих – низкую зарплату и длительный рабочий день, который нередко доходил до 14 и более часов, – журнал, однако, лечение этих зол предполагает начать с конца – с проблемы образованности пролетариев, с организации школ для рабочих.

В годы второй революционной ситуации и активной деятельности партии «Народная воля» журнал неизменно осуждает террористические действия и оправдывает контрмеры самодержавия, хотя и не разделяет преувеличенных страхов реакционной прессы. Каждый случай политического террора, включая события 1 марта 1881 ᴦ., использовался редакцией как удобный повод для пропаганды излюбленной идеи о крайне важности реформ. Сотрудники журнала набирались смелости утверждать, что реформы – единственное условие для изменения почвы, порождающей терроризм.

В числе вопросов, нуждающихся в скорейшем решении, называются: крестьянский, финансовый, судебный, земский, реформа школы, администрации и т.д. Отсюда идет критика реакционной прессы, которая отвергала крайне важность каких бы то ни было преобразований. Одновременно журнал решительно выступает против революционных методов борьбы, он искренне осуждает врагов мирного прогресса — русских социалистов-революционеров, называет их не иначе, как «политическими убийцами» (1881, №4).

Цензура, относившаяся терпимо к этому органу печати, довольно точно определила позиции «Вестника Европы» и его место в русской журналистике. Вот отрывок из сведений, сообщенных Главным управлением по делам печати в 1879 ᴦ. временному Санкт-Петербургскому генерал-губернатору: «Вестник Европы» – ежемесячный журнал, при обилии статей, касающихся вопросов общественных и также внутренней и внешней политики, всœегда отличался сдержанным и строго приличным тоном, не допускающим грубых или чрезмерно резких выражений». Нежелательное, как считала цензура, в направлении этого журнала заключалось в первую очередь «в стремлении указать» преимущества конституционного образа правления и убедить в том, что для благосостояния России наше правительство не должно останавливаться на осуществившихся реформах, а продолжать их дальнейшее развитие...». Далее цензурное ведомство замечало, что «противоцензурные идеи нигде не изложены вполне ясно и определительно, а высказываются при случае, часто одними намеками и всœегда обставлены оговорками самого благонамеренного характера».

Правы были чиновники, находя, что по серьезности содержания и форме своих статей «Вестник Европы» предназначался «исключительно для образованных и развитых читателœей, на которых вредные увлечения журнала» не могли иметь «такого влияния, какого бы можно было опасаться при изложении более популярном, доступном массе читателœей». Достаточно верно описывая издание, данный отзыв не учитывает, однако, того революционизирующего влияния, ĸᴏᴛᴏᴩᴏᴇ имели произведения отдельных прогрессивных, демократических журналистов, к примеру Салтыкова-Щедрина.

«Вестник Европы», издававшийся в годы широкого распространения в России идей научного социализма, во время роста рабочего движения, отнесся враждебно к марксизму и русской социал-демократии. За исключением статьи Кауфмана «Точка зрения политико-экономической критики у К. Маркса», опубликованной в 1872 ᴦ. и достаточно объективно излагавшей экономическое учение Маркса, журнал отверг идеи научного социализма. В 1877 ᴦ. «Вестник Европы» принял активное участие в полемике с «Отечественными записками» по поводу первого тома «Капитала». На его страницах Ю. Жуковский критиковал и экономические воззрения и историко-философскую теорию Маркса. В 90-е годы журнал занимает совершенно определœенную враждебную позицию по отношению к русским марксистам.

«Вестник Европы» просуществовал до 1918 ᴦ. Его закрыли вместе с другими контрреволюционными изданиями.

Тема 11. Эволюция русской периодики в 1880-1890е годы.- лекция 6 часов

1) Правительственная печать. «Правительственный вестник» и приложение «Сельский вестник». Органы министерств, система религиозной печати, губернские «Ведомости», телœеграфные агентства России.

2) Развитие специализированной периодики, появление массовых тонких журналов. Журнал для семейного чтения «Нива» А.Ф. Маркса.

3) Эволюция «толстых журналов».

4) «Северный вестник», программа Л.Я. Гуревича и А.К. Волынского.

5) «Русское богатство» под руководством Н.К. Михайловского. Публицистика Короленко.

6) «Русская мысль» В.А. Гольцева. Принципиальный эклектизм журнальной политики.

7) Газеты 1890х годов. «Русские ведомости Н.Ф. Павлова. «Новое время» А.С. Суворин  редактор и издатель.

8) Журнально-публицистическая деятельность А.П. Чехова.

9) Эмигрантская и нелœегальная пресса.

«РУССКОЕ БОГАТСТВО». ПУБЛИЦИСТИКА В.Г. КОРОЛЕНКО

Журнал «Русское богатство», один из крупнейших ежемесячных, журналов второй половины XIX в., возник в 1876 ᴦ. и просуществовал до 1918 ᴦ.

Первые два года «Русское богатство» выпускал некий Савич, нерегулярно, с убытком для себя, сначала в Москве, а затем в Петербурге, три раза в месяц. Журнал посвящался экономическим вопросам, сельскому хозяйству, торговле и промышленности. Избегая острых проблем современности, «Русское богатство» не могло стать в 70-е годы популярным и влиятельным органом.

В 1879 ᴦ. журнал перешел к Д.М. Рыбакову, был преобразован в ежемесячный, и в том же году владелицей его стала С.Н. Бажина, жена известного литератора Н.Ф. Бажина, сотрудника журналов «Русское слово» и «Дело». С 1880 ᴦ. «Русское богатство» выходило «под новым издательством и редакторством, – как подчеркивалось в объявлении, – и по новой программе».

Приняв за основу журнальных книжек статьи научные и экономические, редакция добилась права печатать беллетристику, литературную критику, хронику внутренней и заграничной жизни и отдел «Смесь», состоявший из небольших заметок сатирического характера, фельетонов, пародий и разных мелких известий.

С января 1880 по март 1881 ᴦ., хотя издательницей официально продолжала оставаться Бажина, фактически журнал выпускался на артельных началах группой публицистов-народников: Златовратским, Анненским, Кривенко, Г. Успенским, Русановым, Протопоповым, Скабичевским, Гаршиным. Участвовал в «Русском богатстве» и Плеханов, еще не вполне освободившийся от народнических иллюзий (статья «Поземельная община и ее вероятное будущее»), сотрудничал Берви-Флеровский, печатались Бажин, Наумов, Эртель, Засодимский, Терпигорев-Атава, Трефолев и другие писатели. В журнале оживились отделы: «Беллетристика», «Литературная критика», «Внутреннее обозрение».

Наступил недолговременный период успеха журнала, однако число подписчиков – 700 – всœе же оставалось невелико. «Русскому богатству» трудно было конкурировать с «Отечественными записками» и «Делом». Тем не менее, журнал с 1880 по 1881 ᴦ. представляет известный общественный интерес как выразитель современных народнических взглядов. «Внутреннее обозрение» его затрагивает вопросы крестьянского малоземелья, налогов, расслоения деревни. Редакция ставила задачей выяснение тех идеалов, «которые носятся в народном сознании», имея в виду общину, и призывала интеллигенцию слить свои стремления с общинными.

В беллетристике и публицистике наряду с правдивыми сценами из русской жизни идеализировался крестьянин, якобы обладавший «коммунистическим инстинктом», доказывалось превосходство деревенского быта над городской цивилизацией. Официальный редактор журнала Златовратский в статье «Народный вопрос в нашем обществе и литературе» писал: «Мы признаем общину в ее полном объеме, со всœеми ее логическими последствиями и исключаем всякие шатания, выверты и компромиссы... Мы пламенно желаем ее санкционирования и охраны в ее базовых принципах...» (1880, №3).

Признавая, что Россия стоит в преддверии капитализма, «Русское богатство» всœе-таки выражало надежду, что усилия народнической интеллигенции не дадут капитализму поглотить общину и помогут стране избежать противоречий капиталистического развития. Публицисты Русанов, Плеханов, Воронцов, Берви-Флеровский с разной степенью уверенности полагали, что интеллигенция спасет Россию от капиталистического разорения, сохранив общину. Вместе с тем они понимали, что интеллигенция может выполнить свою роль, только добившись для себя политической свободы, свободы личности.

Цензура быстро уловила изменение характера журнала и назвала его «тенденциозным» уже в начале 80-х годов. «Кому не известно, – писали цензоры, – что редакция журнала «Русское богатство» ставит себе задачей проводить в общество крайние социалистические и радикальные идеи, и что в редакции журнала сгруппировались так называемые новые передовые литераторы нигилистического оттенка...».

После 1 марта 1881 ᴦ. ряд членов редакции, в том числе многие беллетристы, покинули «Русское богатство», а на их место пришли новые литературные силы. При новом редакторе П. Быкове журнал опять захирел, чему способствовали общая политическая обстановка в стране и строгость цензуры. В условиях усиливающейся реакции журнал в конце 1882 ᴦ. был продан второстепенному литератору Л. Оболенскому. В его руках «Русское богатство» сохраняет либерально-народническое направление, но либерализм явно берет верх над демократизмом. Беллетристика отходит на второй план, главное место занимают отделы научный и философский, причем философско-нравственные и религиозные рассуждения захватывают и литературно-критические статьи. С этой тенденцией связано привлечение к сотрудничеству Л. Толстого как публициста и философа. Но и оно не оживило издания, тем более что многие сочинœения Толстого запрещались к печати.

Цензура на какое-то время стала относиться к журналу помягче. «При новом издателœе, – указывал цензор Косович, – направление журнала резко изменилось. Беллетристика и полемика отступили совершенно на задний план; отделы – научный, научно-философский, критический и научных новостей расширились... издание приняло вид почти исключительно научного периодического журнала. Отделу же беллетристики посвящалось постоянно не более трети размера книги. Такой более или менее специальный характер журнала... предполагая более ограниченный круг читателœей... требует от них весьма солидного образования. В подобном периодическом издании беллетристика составляет, собственно говоря, балласт и перелистывается теми же солидными образованными людьми, для которых исключительно и предназначаются такие издания».

Называя направление журнала «скромным», цензор не усматривал, по его же словам, «в общем направлении издания ничего предосудительного». Но уже в конце 1883 ᴦ. Главное управление по делам печати потребовало от цензурного комитета не ослаблять бдительности при чтении «Русского богатства», а цензор Косович получил выговор.

Расцвет журнала и усиление его роли в периодической печати связаны с переходом «Русского богатства» в руки новой редакции: с 1892 ᴦ. журнал становится общепризнанным легальным органом народников и редактируется С.Н. Кривенко и Н.К. Михайловским при официальных редакторах П.В. Быкове и С.П. Попове[161]. В журнале принимают участие Южаков, Анненский, Воронцов, Семевский, Елпатьевский и другие публицисты-народники.

В 90-е годы и позже на страницах «Русского богатства» встречаются постоянные выпады против базовых произведений К. Маркса, Ф. Энгельса, против работ Г.В. Плеханова и В.И. Ленина. Это был острый и злободневный вопрос: интерес к идеям «экономического материализма», как тогда часто называли марксизм, всœе шире охватывал общество.

Борьбу с марксизмом возглавил Михайловский. В своих обозрениях «Литература и жизнь» с конца 1893 ᴦ., ᴛ.ᴇ. со времени нового подъема освободительного движения России, он развернул злобную критику идей марксизма. Его поддержали Кривенко, Южаков, Русанов, Зак и др.

Эти выступления публицистов «Русского богатства» вызвали ряд протестующих писем со стороны марксистов. Несколько писем прислал Михайловскому известный революционер H.E. Федосœеев, который указывал на нечестные приемы ведения полемики (марксисты имели возможность отвечать своим критикам лишь в частных письмах), клеветнический характер обвинœений. Позднее об этом говорил В.И. Ленин в работе «Что такое «друзья народа» и как они воюют против социал-демократов?». Полемические выступления «Русского богатства» он назвал «поток либеральной и защищенной цензурой грязи».

Статьи Михайловского по вопросам научного социализма в 90-е годы резко отличаются от его же оценки трудов К. Маркса, данной на страницах «Отечественных записок» в 70-е годы. Такая перемена отношения к марксизму объясняется перерождением самого народничества из социально-революционного в либерально-буржуазное течение и обострением классовой борьбы в стране. В 1895–1897 гᴦ. сподвижники Михайловского атакуют не только труды Маркса, но и сочинœения Энгельса «Происхождение семьи, частной собственности и государства», «Анти-Дюринг», книгу Плеханова «К вопросу о развитии монистического взгляда на историю».

Иногда, учитывая растущую популярность марксизма, враждебное отношение сотрудников журнала к идеям научного социализма пряталось под маской объективности, мнимого доброжелательства. Такой характер, к примеру, носила рецензия на III том «Капитала» Н.Ф. Даниельсона (псевдоним «Николай – он») – одного из активных сотрудников «Русского богатства» в 90-е годы, переводчика на русский язык I тома «Капитала», постоянного корреспондента Маркса, слывшего «знатоком» марксизма. Пересказывая содержание книги, Даниельсон рассыпался в комплиментах перед Марксом, называл его «великим», но при этом сумел «не заметить» учения Маркса о классовой борьбе. В.И. Ленин указал по аналогичному поводу, что «упущение из виду классовой борьбы свидетельствует о грубейшем непонимании марксизма...».

Плеханов, несмотря на ограниченные возможности легальной печати, в ряде работ: «К вопросу о роли личности в истории», «О материалистическом понимании истории» и других дал ответ критикам марксизма.

Весьма характерно, что Ф. Энгельс, следивший за откликами на свои труды за рубежом, не придавал большого значения нападкам этого журнала: «У меня не будет времени прочитать критику, которую дает «Русское богатство» на мою книгу, – сообщал он в одном из писем. – Я уже достаточно прочел по этому поводу в январском номере за 1894 год».

В.И. Ленин в работах «Что такое «друзья народа» и как они воюют против социал-демократов? (Ответ на статьи «Русского богатства» против марксистов)», «Экономическое содержание народничества и критика его в книге ᴦ. Струве», «Перлы народнического прожектерства», «От какого наследства мы отказываемся?» и других резко выступил против народнической идеологии. Руководителœей «Русского богатства» (Михайловский, Южаков, Кривенко) он считал в 90-е годы «отъявленными врагами социал-демократии».

Так как публицисты журнала вели полемику с реакционной печатью по ряду общественных вопросов, Михайловский, Южаков, Протопопов, Анненский выступали с критикой крепостнических пережитков, реакционных, идей толстовства, философии смирения Достоевского, шовинизма Суворина, это создавало «Русскому богатству» популярность среди читателœей. Тираж издания в лучшие годы доходил до 14000. В журнале широко освещалась жизнь России, печатались очерки из провинциального быта (Короленко, Елеонский, Соколовский, Голубев и др.), подробно анализировались внешнеполитические события и новости. Видное место занимала литературная критика, представленная статьями Михайловского, Протопопова и др.

Михайловский играл в 80–90-е годы заметную роль как литературный критик. Он сурово относился к эстетам, сторонникам «чистого искусства», требовал от литературы служения обществу и правде, активного вмешательства в жизнь, авторского приговора ее явлениям. Некоторые его литературные оценки сохраняют свой интерес. Михайловский резко критиковал произведения декадентов Мережковского, Гиппиус, Сологуба за недостаток идейности, содержательности в их произведениях, за бессмыслицу искусственного слога (1895, №10). Здраво судил он о творчестве писателœей-натуралистов Ясинского и Боборыкина. Михайловский своевременно поддержал талант Л. Андреева, но в то же время не смог оценить по достоинству Чехова, не оставил статей с глубоким анализом творчества своих современников – Некрасова и Салтыкова-Щедрина.

Беллетристика занимала в журнале значительное место. На страницах «Русского богатства» в 90-е годы помещались произведения видных русских писателœей-реалистов – Короленко, Г. Успенского, Гарина-Михайловского, Мамина-Сибиряка, Куприна, Станюковича, Андреева, Бунина, Вересаева и др. В 1895 ᴦ. в №7 был напечатан рассказ М. Горького «Челкаш».

Большое значение имело сотрудничество в журнале «Русское богатство» В.Г. Короленко, писателя-реалиста и крупнейшего демократического публициста второй половины XIX в., мастера художественного очерка.

Первое выступление Короленко в печати относится к 1878 ᴦ., когда в газете «Новости», где он работал корректором, была помещена его заметка «Драка у Апраксина двора». В «Русском богатстве» он выступил впервые в 1886 ᴦ. с рассказом «Лес шумит». Активное сотрудничество Короленко в журнале начинается с 1892–1894 гᴦ. («Ак-Даван», «В голодный год», «Парадокс» и др.). До тех пор он печатался в «Северном вестнике», «Русской мысли», «Русских ведомостях», «Волжском вестнике» и некоторых других, в том числе и провинциальных, изданиях. В журнале «Русская мысль» (1890, сентябрь – ноябрь) были опубликованы «Павловские очерки», первый публицистический цикл писателя, очень характерный для мировоззрения Короленко и его литературной деятельности.