Open Library - открытая библиотека учебной информации

Открытая библиотека для школьников и студентов. Лекции, конспекты и учебные материалы по всем научным направлениям.

Категории

Философия В.Д. I vimii. к.И. Некрасива 3 страница
просмотров - 213

Фрейд, подобно Ницше, был великим разрушителœем. Он пробудил целительное недоверие к мечтам о благородном человеке, затуманив­шим головы людей с тех пор, как они перестали воспринимать догмат о первородном грехе. И эти мечты развеялись в немалой степени под влиянием Фрейда. А то, что от них осталось, окончательно, как надеял­ся Юнг, будет истреблено варварством XX века. Фрейд не был проро­ком, но был фигурой пророческой.

Э. Фромм о комплексе Эдипа

Не менее плодотворна для понимания сущности человека критика эди­пова комплекса со стороны такого видного представителя психоанали­за, как Эрих Фромм. Фромм полагал, что ограниченность собственно антропологических воззрений Фрейда объяснилась тем. что он прошел естественнонаучную школу, воспитывался на трудах Г.Гельмгольма и Ч.Днрвина. использовал понятие энергии, сложившееся в недрах физи­ки, и понятие об инстинкте, разработанное Дарвином. Для Фрейда, считал Фромм, интеллектуальная история начинается с Бюхнера. Мо-лешотта. Дюбуа-Раймона и Дарвина, т.е прежде всœего с плоскоматери-алистических. позитивистских учений.

Для Фрейда иивили заиия — это результат подавления инстинктов и вследствие этого - причина психического нездоровья. «Фрейдовское представление о том. что человеческой природе изначально присуще соперничество (и внеобшествениый характер), аналогично тому, кото­рое мы находим у большинства авторов, считающих, что черты, прису­щие человеку современного капиталистического общества. - это его естественные свойства... Нельзя не видеть, что вся фрейдовская теория секса построена на антропологической посылке, согласно которой че­ловеческой природе присуши соперничество и взаимная вражда.

Ц.Л. I унии. fc.H. Некрасива

В области оиолчгин лог принцип был выражен Дарвином н его гсо рии конкурентной «борьбы за выживание-. Такие экономисты, как Ри-карло и представители манчестерской школы, перенесли его в сферу жчномики. 11озлнее настал черед Фрейда - под влиянием всœе тех же ан-ipono.mi нческнх посылок - заявить о нем применительно к области сексуальныхвлечений Подобно тому как у экономистов главным было понятие «полю есипоппсич». так и у Фрейда главным оаиоиитси поня­тие «попто scxualis". Оба — и «человек экономический», и «человек сек­суальный» — очень удобное изобретение: приписываемая им сущ­ность - изолированность, асоциальноегь, жадность и соперничество примет капитализму видимость системы, в полной мерс соотвегст вею­щей человеческой природе, и делает его недосягаемым для критики»'"'.

Развивая идеи Фрейда и Юнга относительно познания человеческой природы, пытаясь дополнить их разработками немецкой антропологи­ческой школы. Э.Фромм создавал свою версию психоаналитической антропологии, свои «гуманистический психоанализ».

Рождение человека как такового, указывал Фромм, означает начало его исхода ИЗ природного дома, начало разрыва естественных связей. При этом данный-то разрыв связей и внушает страх — страх остаться без корней, страх от того, что он не сможет вынести изолированности и беспомощности своего положения и сойдет с ума. Только найдя но­вые, человеческие корни, человек может вновь почувствовать себя лома в этом мире. А раз так, то стоит ли удивляться, что мы находим в человеке глубокое и сильное стремление не разрывать природные узы. бороться против отторжения от природы, от матери, от уз крови и земли'.'67

Самая главная для человека природная связь — это связь с матерью. Эта связь особенно сильна именно у человека, поскольку, как мы уже отмечали выше, человек, в отличие от животного, рождается совершен­но беспомощным и долгие годы зависит от родителœей, прежде всœего от матери. От нее зависит удовлетворение всœех его физиологических по­требностей, а также жизненно важной потребности в тепле и любви: мать не только рожает ребенка, она продолжает давать ему жизнь. В эти первые решающие годы жизни ребенка мать — всœеобъемлющая, защи­щающая и питающая сила, быть любимым ею значит быть живым, иметь корни и чувство дома.

Но рано или поздно подрастающий человек должен покинуть сфе­ру материнской защиты. «Тем не менее даже в зрелом возрасте никог­да полностью не проходит тоска по этому некогда ощущавшемуся со­стоянию, несмотря на то. что существует, конечно, большая разпнпа между взрослым и ребенком. Взрослый имеет возможность быть само­стоятельным, самому о себе заботиться, отвечать за себя и даже за дру­гих, в то время как ребенок euie неспособен на псе это. При этом если принять во внимание возросшую сложность жизни, отрывочность на­ших знаний, случайности, которыми изобилует жизнь взрослых, а так­же неизбежно совершаемые ошибки, то окажется, что положение взрослого не так уж сильно отличается от положения ребенка, как это принято считать. Каждый взрослый испытывает потребность в помощи, сердечном тепле И защите. И хотя потребность взрослого в лом аспекте

.слом иная, чем ребенка, тем не менее они сходны. Стоит ли улни-ься н laKOM случае, что у рядового взрослого человека обнаружить­ся глубокая тоска по безопасности и укорененности, которые когда-давада ему связь с матерью? Не следует ли ожидать, что он не смо-г избавиться от этой сильной тоски до тех пор. пока не найдет лру-. способов укорениться'?»'*.

Очень часто можно наблюдать случаи. ко1да человек не хочет рде­ться с матерью, его страшит окружающий мир. он нуждается, лаже лучи взрослым, в зашите или ласке. Очень часто властный иди дес-тическин характер матери приводит к тому, что человек боится дру­гих женщин, не заводит собственную семью и остается на всю жизнь зииязаниым к матери. В крайних формах ллтодо) ии. писал Фромм, "тречается даже сильное стремление вернуться в материнское лоно еловек. полностью поглощенный таким желанием, чувствует и дей-вует. как плод в утробе матери, он неспособен выполнять даже эостейшис действия маленького ребенка. «При многих довольно тяже­лых неврозах мы видим то же стремление, но уже в форме вы-теепедного желания, проявляющегося только в снах, симптомах и не­вротическом поведении, которые являются результатом конфликта между сильным желанием остаться в лоне матери и взрослой частью личности, стремящейся жить нормальной жизнью. В снах это стремле­ние проявляется в виде символов, когда человек видит себя в темной пещере, в одноместной подводной лодке, погружающейся глубоко в воду, и ᴦ. д. В поведении такого человека обнаруживаются страх перед жизнью и глубокая очарованность смертью (которая в снах предстает как возвращение в материнское лоно, к Матери-Земле)»"^.

Люди, психически зацикленные на образе матери, испытывают сильную потребность в том. чтобы к ним относились по-матерински, чтобы с ними нянчились, чтобы их по-матерински опекал»; это люди, вечно зависимые; лишенные материнской защиты, они оказываются во власти страха и неуверенности, зато при наличии - действительном или воображаемом - любящей матери или кого-нибудь, заменяющего ее. они полны оптимизма и активности.

Такие патологические явления в жизни человека имеют, согласно Фромму, свои параллели в эволюции человечества. К примеру, запрет на кровосмешение — крайне важное условие всякого человеческого раз­вития, но дело тут не е сексуальной, а в эмоциональной стороне про­блемы. Чтобы родиться и развиваться, человек должен разорвать пупо­вину: ему нужно преодолеть в себе стремление сохранить связь с мате­рью. «Сила кровосмесительного желания объясняется не сексуальным влечением к матери, а затаенным стремлением остаться во всœеобъемлю­щем материнском лоне иди вернуться в него, вернуться к всœепитающей материнской груди. Запрет на кровосмешение есть не что иное, как два херувима с огненными мечами, охраняющие врата Рая и не даюшие че­ловеку вернуться к доипднвидуадьному существованию в единстве с природой»'".

При этом узы. связывающие человека с матерью. — .лишь простейшая форма природных кровных связей. Семья и род. а позднее государство, нация или церковь служат опорой человеку, лают ему чувство уко-

В.Д- I у они. L.H. Некрасова

рененности — он ошу шасг себя их частью, а не обособленным от них индивидом. Человек, не принадлежащий к тому же ролу, считается чу­жим и опасным, так как он не обладает теми человеческими свойстиа-ми. которые присуши только членам данного рода.

Все эти проблемы очень мало объясняются, по Фромму. фрейдо|»ской интерпретацией «эдипова комплекса-. Фрейд считал фиксацию на мате­ри ключепой проблемой развития как всœего человеческого рода, так и отдельно взятого индивида. В соответствии со своем теорией он объяс­нял силу этой фиксации тем. что она проистекает из сексуального вле­чения маленького мальчика к матери и иатястся выражением свойствен­ного человеческой природе стремления к кровосмешению. Он предпола­гал, что сохранение такой фиксации в более поздние периоды жизни поддерживается сексуальным желанием Он. как известно, объяснил враждебность по отношению к отцу как следствие сексуального соперни­чества с ним.

При этом такая специфическая интерпретация обедняет, согласно Фромму, суть проблемы. Фрейд перенес на маленького мальчика сек­суальное чувство взрослого человека. Фрейлова теория представляет собой на редкость рационалистическую интерпретацию наблюдаемых фактов. Делая акцент иа сексуальной стороне стремления к кровосме­шению. Фрейд объясняет желание мальчика как нечто рациональное. Согласно фрейдовскому объяснению, стремление к кровосмешению не может осуществиться из-за наличия соперника-отца, тогда как в дей­ствительности это стремление противоречит всœем требованиям взрос­лой жизни.

Фромм считал, что Фрейд, придавая первостепенное значение стремлению к кровосмешению, признает тем самым важность уз. свя­зывающих человека с матерью: истолковывая это стремление как сек­суальное, он отрицает эмоциональное - и истинное — значение этих уз. «В тех случаях, когда фиксация на матери носит, помимо прочего, и сексуальный характер (а такое, без сомнения, бывает), объясняется это тем, что эмоциональная привязанность настолько сильна, что вли­яет и на сексуальное желание, а не тем, что сексуальное желание лежит в основе этой привязанности»".

Сексуальное желание как таковое известно своим непостоянством по отношению к его объектам и обычно является той силой, которая помо­гает юноше отделиться от матери, а вовсœе не привязывает его к ней. В тех же случаях, когда сильная привязанность к матери искажает нормальную функцию сексуального влечения, оно ведет к психическому заболеванию или смерти. Фантазия о сексуальной близости с матерью качественно отлична от сексуальности взрослого мужчины, т. е. не направлена на произвольный, доставляющий удовольствие акт. Детской фантазии свой­ственна пассивность, когда индивид покоряется матери и отдается ей лаже в области сексуальных отношений, и хотя в этом обнаруживается фиксация на матери, она не свидетельствует о патологии.

Фромм анализирует в подтверждение спопх мыслей работу И.Я.Ба-хофена «Материнское право и иерворелигни». который также считал, что главная роль в развитии человека принадлежит узам, связывающим его с млтерьк>. В эпоху матриархата͵ считал Ба.хофен. мать была цент­здьной фигурой «семье, и жизни общества и в религии. Имеется мио-естио данных, свидетельствующих о том. что до нашествии с Севера в 2 ни и и Индии существовали культуры с матриархальной структурой, а ЭТО укалывает большое количество материнских божеств и ИХ важ­ное значение: Венера из Впллендорфа. Божественпам мать в культуре Мохснджо-Даро». И зила. Ишгар. Реи. К и бед а и т.д. Даже во многих современных примитивных обществах можно видеть пережитки матри­архального строя в установлении кровного родства по материнской ли­нии млн м формах брака с проживанием семьи в общинœе жены: еше бо­лее показателœен факт, что даже гам. где общественные формы уже не являются матриархальными, можно найти много примеров хзатрмар-хального типа связен с штерью. ролом и землей.

Бахофен. в отличие от Фрейла. четко видел как отрицательный, так и положительный аспект привязанности к матери. Положительный ас­пект заключается в свойственном матриархальному строю духе утверж­дения жизни, свободы и равенства, поскольку люди — дети природы, дети матерей, они всœе равны, имеют одинаковые права и притязания. Все они — ее дети, и в этом своем качестве всœе они схожи и имеют оди­наковое право на любовь и заботу. Но отрицательная сторона матриар-хальвюй культуры состоит по сути в том, что узы. привязывающие человека к природе, узы крови и земли препятствуют развитию его индивиду­альности и разума. Человек остается ребенком и оказывается неспособ­ным к прогрессу.

По этой причине как в нндизидуальном плане ребенок должен переходить под власть отиа. так и в историческом плане матриархат неизбежно дол­жен был смениться патриархатом, властью мужчин. Мужчина больше отдален от природы, чем женщина. Менее укорененный в природе, он вынужден развивать свой интеллект, создавать искусственный мир идей, принципов и производимых человеком вещей, которые заменя­ют ему природу как основу существования и безопасности. Подчинœение отцу отличается от фиксации на матери. Последняя является продолже­нием естественных связей, продолжением фиксации на природе. Под­чинœение отцу порождено человеком, оно искусственно, основано на силе и законе. «Отец воплощает в себе абстракции, совесть. лолг, закон и иерархию, в то время как мать олицетворяет собой природу и безус­ловную любовь. Отцовская любовь к сыну не похожа на безусловную любовь матери, которая любит своих детей просто потому, что они ее <)ети; это — чувство к сыну, которого отец любит больше всœех, так как он в наибольшей мере оправдывает отцовские ожидания и больше дру­гих подходит для того, чтобы стать наследником собственности и зем­ных дел своего отиа»7-'.

Материнская любовь сродни милости Господней: если она есть, она — благословенный дар. если ее нет, ее неоткуда взять. В то же вре­мя ни отношения с отцом можно оказывать влияние. Отец хочет, что­бы сын рос. умел брать на себя ответственность, думал, занимался со­зидательной деятельностью: или был послушным, помогал отиу. был таким, какой. Независимо оттого, на что направлены отцовские ожи­дания - на развитие или на повиновение. — сын имеет возможность за­воевать отцовскую любовь и расположение, делая то. что хочет отец

_______________________________________________________ Ц.Л. 1>11цц.Некрасива

Τᴀᴋᴎᴍ ᴏϬᴩᴀᴈᴏᴍ, в патриархате, согласно Блхофену. также естьотрниа тельные и положительные стороны с одной стороны — разум, дисцип­лина, совесть и индивидуализм: с другой — иерархия, угнетение, нера­венство, покорность.

Соответственно переходу or матриархата к патриархату менялись и боги. Пока человек чувствовал себя в тесной связи с природой, его боги являлись частью природы. Но по мерс культурного развития его бот приобретали человеческий облик. Сначала Бог представлялся ему в виде всœезашшлаюшеи и всœепитакнней -Великой Матери-. Позже он по­клонялся отцовским божествам, олицетворявшим разум, принципы и законы. Этот последний и решающий отход о г любишей матери начал­ся, очевидно, с появлением великих рационалистических патриархаль­ных религий. Эта стадия связана с именами Конфуция и Лао-пзы в Китае. Будды — в Индии, с философами Просвещения в Греции и биб­лейскими пророками в Палестинœе. Затем последовал новый подъем -христианство и стоицизм в Римской империи, а еще через 500 дет по­явление Мухаммеда на Ближнем Востоке.

К примеру, в Ветхом Завете, считал Фромм, мы видим, что он представляет собой сравнительно чистый вид патриархальной культу­ры, опирающейся на власть отца в семье, священнослужителя и пра­вителя - в обществе и Бога-Отца — на небе.

При этом материнское начало в его отрицательных чертах сохранилось в европейском развитии в виде фиксации на узах крови и земли. «Чело­век, освобожденный от традиционных связей средневековой общины, напутанный новой свободой, превратившей его в изолированный атом, прибегает к новому идолопоклонству крови и земле. Наиболее ярко это выражается в национализме и расизме. Одновременно с прогрессивным развитием, соединившим в себе положительное содержание как патри­архального, так и матриархального духа, развивались и отрицательные стороны обоих начал, выразившиеся в культе государства, сочетавшемся с поклонением идолам расы или нации. Фашитм, нацизм и сталинизм — наиболее яркие проявления такого сочетания культов государства и кла­на, воплощенных в единой фигуре «вождя», фюрера»7'.

В наши дни, считал Фромм, простой человек скорее стремится во что бы то ни стало принадлежать к нации, чем чувствовать себя «сыном человеческим». Все. кто не относится к числу «своих» по узам крови и земли (выраженным в общности языка, обычаев, пиши, песен и т. д.). вызывают подозрение, и достаточно малейшего повода, чтобы они ста­ли объектом параноидального бреда. Человек, не освободившийся от уз крови и земли, не родился еще 8 полной мере как человеческое суще­ство; его способность к любви и разуму искалечена, он не воспринима­ет себя и своих ближних в их - и своей собственной - истинно чело­веческой сущности.

Постструктурализм о машинœерии бессознательного

Постструктурадизм также живо интересуется психоаналитической проблематикой и эдиповым комплексом, выдвигая свою версию пси­хоанализа. Психоанализ, писал французский мысли гель Мишель

iiono.iui плескан проблематики в философии \X века

ко (1926-1984). не только образует надежную И неисчерпаемую со-овишнгшу опыта и знаний о человеке, но прежде- всœего он является "тояиным источником беспокойства, вопрошаиия. сомнения, криги-. Психоанализ, в отличие от остальных гумапшариых наук, которые .аются в пространстве того, что доступно представлению, пытается решиiпуть через представления и показать, как вообще делаются воз-жными всœе значения, правила и нормы, которыми человек руковол-вустся в своей жизни и деятельности, как через конечность человека -срисовываются три образа: Смерть. Желание и Закон, как жизнь на-|Дит свое обоснование в смерти, конфликты и правила — в желании, значения И системы - в языке, который является законом-4. С точки зрения философии и психологии всœе по считалось фрейдов-ой мифологией. Но психоанализ неспособен развертываться как умоз-"тельная наука, построенная на основе тщательных наблюдений, он ггается обозначить сами условия возможности любого знания о чедо-ке. Он пытается действовать внутри некоторой практики, и которую вовлечено не только знание о человеке, но и сам человек вместе со смер­тью, желанием и языком. По этой причине для психоанализа, считал Фуко, не­возможна никакая общая теория человека. Психоанализ растворяет че­ловека, поскольку всœегда занимается тем. что находится вне челойсчес-го сознания и делает это сознание и его функции, к примеру познание, зможным.

Ж.Делёз. к примеру, считал, что Фрейд нам важен не столько как исследователь человеческой глубины и первоначального смысла, сколь­ко как удивительный первооткрыватель машинœерии бессознательного. Фрейд, с точки зрения Ж.Делёза и Ф.Гваттари. сам не понимал, какой удивительный механизм производства человека и его желаний он от­крыл. Основным препятствием для его понимания была пресловутая триннтарная формула: папа-мама-я. «Великим открытием психоанали­за было открытие производства желания, разных видов производства бессознательного. Но из-за Эдипа это открытие было затемнено новым идеализмом; место завода бессознательного занял античный театр, ме­сто продуктивного бессознательного — бессознательное, ĸᴏᴛᴏᴩᴏᴇ может лишь выражаться (миф. трагедия, сон). По продукту нельзя судить о производственных отношениях. Продукт становится тем более специ­фическим, несказанно специфическим, чем более его соотносят с иде­альными формами причинности, понимания и выражении, но не с ре­альным процессом производстеа, от которого он зависит»75.

Эдипов комплекс — идеалистическая интерпретация бессознатель­ного — подменяет его сущность символическим изображением в ми­фах, снах, трагедиях. А бессознательное — это не театр, а завод по про­изводству желаний, это сущность жизнедеятельности индивида, ниче­го общего не имеющая с фрейдовской абсолютизацией эдипова комп­лекса. Из этой жизнедеятельности вырастает любое понимание, весь социально-исторический контекст культуры, в котором Эднн как сим­вол является лишь производным, частичным объектом.

Поскольку психоаналн i выходит за рамки представлении, что. в ча­стности, не было осознано Фрейдом, то очевидно, что машины жела­ния нерепрезентативны. Οʜᴎ ничего не представляют. Машинное пс-


Читайте также


  • - В.Д. I vimii. к.И. Некрасива 3 страница

    Фрейд, подобно Ницше, был великим разрушителем. Он пробудил целительное недоверие к мечтам о благородном человеке, затуманив­шим головы людей с тех пор, как они перестали воспринимать догмат о первородном грехе. И эти мечты развеялись в немалой степени под влиянием... [читать подробенее]


  • - В.Д. I vimii. к.И. Некрасива 2 страница

    Так пробуждается сознание не только своей однократности и един­ственности, но и сознание индивидуальности этого мира. Идея миро-основы. Бота происходит из осознания случайности, безосновности не только себя, но и мира в целом. Из эксцентричности ему остается толь­ко... [читать подробенее]


  • - В.Д. I vimii. к.И. Некрасива 1 страница

    именно, лень С пишенного. сможет ш е восхождением С вишенного иповь ничиться явление Бога и богов и как именно сможет Священное же. которое есть пока еше лишь сущностное пространство божествен­ности, опять же еще только хранящей измерение для ботов и для Бога, взойдет в... [читать подробенее]