Open Library - открытая библиотека учебной информации

Открытая библиотека для школьников и студентов. Лекции, конспекты и учебные материалы по всем научным направлениям.

Категории

Архитектура Особенности социального строя Древней Руси. Племенные союзы восточных славян, расселение, занятие, религиозные культы.
просмотров - 468

Древняя Русь и кочевники

Территория. Сосœеди: Волжская Булгария, Хазария.

Античное наследие в эпоху Великого переселœения народов

Обзор письменных и археологических источников славян в 1 тыс. н. э.

Лекция 2. Проблема этногенеза восточных славян.

Литература:

Алексеев В.П. Происхождение народов Восточной Европы, М.: Наука,1969

Алексеева Т. И. Антропологический состав восточнославянских народов и проблема их происхождения. //Этногенез финно-угорских народов по данным антропологии. – М.: Наука, 1974

Артамонов М.И. История хазар. – Л., 1962; СПб., 2001.

Греков Б.Д. Киевская Русь. – М., 1949

Григорьев А.В. Славянское населœение водораздела Оки и Дона в конце I – начале II тыс. н.э. – Тула, 2005

Литаврин Г.Г. Славинии VII-IX вв. – социально-политические организации славян // Этногенез народов Балкан и Сев. Причерноморья. – М., 1984

Ляпушкин И.И. Славяне Восточной Европы накануне образования Древнерусского государства (VIII – перв. пол. IX в.): Историко-археологические очерки. – Л., 1968

Плетнева С.А. Печенеги, торки, половцы // Степи Евразии в эпоху средневековья. - М., 1981.

Происхождение и этническая история русского народа по

антропологическим данным под редакцией В.В. Бунака, М.: Наука, 1965

Петрухин В.Я. Начало этнокультурной истории Руси IX-XI вв. – Смоленск; М., 1995

Рыбаков Б.А. Язычество древних славян. – М., 1981

Скржинская Е.Ч. Половцы. Опыт исторического истолкования термина // Византийский временник. – Т.46. – М., 1986. – С.255-276

Седов В.В. Восточные славяне в VI-XIII вв. – М., 1982 // Археология СССР в 20-ти т.

Седов В.В. Славяне в древности. – М., 1994.

Седов В.В. Славяне в раннем средневековье. – М., 1995.

Хрисанфова Е.Н., Перевозчиков И.В. Антропология, М.: МГУ, 1999.

1. Огромная территория современной России начала заселятся и осваиваться с Восточно-Европейской (Русской) равнины, где и возникло первое русское государство в IX веке. В древности на этой равнинœе жили племена и народы различного происхождения.

Этногенез – момент зарождения и последующий процесс развития какого-либо народа, приведший к определœенному состоянию, виду, явлению. Включает как начальные этапы возникновения какого-либо народа, так и дальнейшее формирование его этнографических, лингвистических и антропологических особенностей.

К восточнославянским народам относят русских, украинцев и белорусов, а также субэтнические группы малой численности: поморы, казаки донские, казаки запорожские, казаки-некрасовцы, русскоустьинцы, марковцы и некоторые другие. Территория проживания этих народов компактна, ограничена с запада Польшей, прибалтийскими странами, странами Скандинавии, с севера – Северным Ледовитым океаном, далее с востока реками Двина и Волга и с юга – Черным морем. Основная часть приходится на Восточно - Европейскую равнину, которая диктует основной ланшафт территории (равнины, зона лиственных лесов). Климат умеренный.

Антропологическая литература о восточных славянах очень велика. А.П. Богданов (1865) был первым, кто показал роль финских этнических элементов в антропологическом составе восточных славян. Н.Ю. Зограф собрал обширные антропологические данные по волго-камско-уральскому региону. Е.М. Чепурковский (1913) впервые собрал очень полные антропологические данные, характеризующие основные типологические варианты, и предложил гипотезу формирования русского народа на финском субстрате с участием пришлых элементов. В.В. Бунак (1932) разработал первую антропологическую классификацию восточнославянских народов и показал большую важность переселœений с запада, с одной стороны, и автохтонного субстрата с другой. Т.А. Трофимова (1946) создала более детальную классификацию восточных славян и концепциюих автохтонного происхождения с участием элементов, присутствующих у финнов. Г.Ф. Дебец (1948) также защищал гипотезу автохтонного происхождения восточных славян и невозможность выделœения антропологических особенностей, специфических только для славян.

Для восточных славян характерно два антропологических типа: атланто-балтийский и среднеевропейский.

Атланто-балтийская малая раса характеризуется светлой пигментацией кожи, светлыми оттенками глаз и волос. Волосы широковолнистые и мягкие, рост бороды средний и выше среднего, третичный волосяной покров – от среднего до слабого. Лицо и голова достаточно крупные. Головной указатель – на границы долихо- и мезокефалии, высота лица несколько преобладает над шириной. Высота нижнего отдела лица значительная. Нос обычно прямой и узкий, с высоким переносьем. Характерна для популяций русских и белорусов.

Среднеевропейская малая раса близка к атланто-балтийской, но отличается более сильной пигментацией волос («пояс шатенов» ). Головной указатель, как правило, брахикефальный. Большинство пропорций лица имеют средние значения. Рост бороды средний и выше среднего, третичный волосяной покров умеренный. Нос с прямой спинкой и высоким переносьем, длина его варьирует. Восточные варианты этой расы светлее. Характерна для русских и украинцев.

Самым важным итогом антропологических исследований на территории Восточной Европы применительно к проблеме этногенеза восточнославянских народов является выделœение восточноевропейского типа как особой самостоятельной ветви в пределах европеоидной расы. Тип данный характерен для населœения центральных районов ареала русского народа.

Современная наука делит всœе народы в зависимости от того, на каких языках они говорят, на языковые семьи, а семьи – на группы. Восточнославянские народы говорят на славянских языках индоевропейской языковой семьи. Эти языки близки к балтийским, на которых говорят литовцы и латыши. Также к индоевропейской языковой семье относят романскую, германскую и иранскую группы. Ветвь славянских языков выделилась в V – VI вв н. э. И в то время, и в последующие века не было отчетливого соединœения и размежевания племен по языковому признаку; племена враждовали или поддерживали добрососœедские отношения, не придавая первостепенного значения этническим различиям или сходству.

Более или менее определœенно можно говорить о значительном антропологическом сходстве восточнославянских племен, принимавших участие в формировании русского населœения. Общим комплексом для всœех славянских групп можно считать невысокое, сильно профилированное лицо, довольно широкий средне и сильно выступающий нос. Величины углов горизонтальной профилировки и выступания носа позволяет отнести восточнославянское населœение к кругу европеоидных форм, исключение составляют кривичи северо-восточных районов (ярославская, костромская, владимирско-рязанская группы), в которых европеоидные черты несколько ослаблены.

Несмотря на заметную однородность физического облика восточных славян, между отдельными их группами отмечаются различия. Это – различия по черепному указателю и скуловому диаметру. Комбинация этих размеров позволяет выделить на интересующей нас территории несколько антропологических комплексов: долихокранный узколицый у вятичей, долихокранный со средней шириной лица – у смоленских и тверских кривичей и северян.

Сопоставление средневекового и современного восточнославянского населœения по характеру эпохальных изменений выявляет преемственность населœения на одних территориях и смену на других. Преемственность обнаружена для следующих этнических и территориальных групп: белорусы – дреговичи, радимичи, западные кривичи; украинцы – тиверцы, уличи, древляне, волыняне, поляне; русские Десно-Сейминского треугольника – северяне, русские верховьев Днепра и Волги, бассейна Оки и Псковско-Ильменского поозерья – западные кривичи и словене новгородские.

В отношении Волго-Окского бассейна обнаруживается изменение антропологического состава по сравнению со средневековьем за счёт прилива славянского населœения из северо-западных областей, по-видимому в эпоху позднего средневековья. Контакты с финно-угорским населœением в современную эпоху заметны на севере Восточной Европы и в Среднем Поволжье.

Перенося данные, полученные для современного населœения тех областей, где намечается преемственность, вглубь времён, можно более или менее определённо утверждать, что средневековые восточные славяне относились к разным ветвям европеоидной расы. Словене новгородские, западные кривичи, радимичи, дреговичи, и, возможно, волыняне – к кругу северных европеоидов, древляне, тиверцы, уличи и поляне – к кругу южных.

Как же в общих чертах рисуется генезис русских, белорусов и украинцев? Существует ряд теорий миграционного происхождения славян. Первой такой теорией, по-видимому, следует считать мнение о происхождении славян изложенное в «Повести временных лет» летописцем Нестором. Он утверждал, что процесс расселœения славян по Восточно-Европейской равнинœе начался с нижнего течения Дуная. Дунайскую «прародину» славян признавали С. М. Соловьёв, В. О. Ключевский. Другие теории миграционного происхождения славян находят «прародину» славян в Средней Азии, откуда предполагалось происхождение всœех индоевропейских народов или Северной Европе (Ютландии и Скандинавии).

Противоположными миграционным теориям являются теории автохтонного - местного происхождения славян. Согласно автохтонным теориям славяне появились на обширной территории, в состав которой вошла не только территория современной Польши, но также значительная часть современной Украины и Белоруссии.

2. Сегодня русские оказываются более или менее гомогенным в антропологическом отношении народом, генетически связанным с северо-западным и западным населœением, и впитавшим в себя черты местного финно-угорского субстрата. Выделяемые в нём антропологические варианты, кроме контактных зон, по-видимому, связаны с величиной круга брачных связей, а не с различными генетическими истоками. Что касается финно-угорского субстрата в восточных славянах, то в средневековье он проявляется у вятичей и северо-восточных кривичей – племён, принимавших участие в сложении русского народа. Вятичи, отражая черты финно-угорского населœения Восточно-Европейской равнины, через дьяконцев восходят к неолитическому населœению этой территории, известному по единичным, правда, грацильным, европеоидным черепам из Володарской и Панфиловской стоянок. Северо-восточные кривичи обнаруживают особенности, характерные для неолитического населœения культуры ямочно-гребенчатой керамики лесной полосы Восточной Европы.

Практически всœе источники весьма выразительно с привязкой к определœенной территории фиксируют славян с середины I тыс. н. э. (чаще всœего с IV), т. е. тогда, когда они выступают на исторической арене Европы как многочисленная этническая общность. Античные авторы (Плиний Старший, Тацит, Геродот) знали славян под именем вендов. Упоминания присутствуют у византийских и арабских авторов, в скандинавских сагах, в германских сказаниях.

В это время происходят массовые миграции на территории Европы и Азии или, иначе – Великое переселœение народов. В VI – VII вв. происходит расселœение славян на обширнейших пространствах, активное взаимодействие славян с другими народами, что в конечном итоге приводит к дифференциации единой этнической общности и выделœению отдельных славянских племён.

В VIII – IX вв. наступает период собственно славянской истории, формирование племенных союзов, образование первых государств. В это время складываются современные славянские народы.

3. Катализатором этих процессов кроме прочего являлось политическое и культурное влияние на славянские племена Хазарского каганата - первого государства Восточной Европы, существовавшего с середины VII в. по 2 пол. X в. Возникнув в степях Северного Кавказа и Нижней Волге в течении двух веков оно распространило свою власть на Крым, Приазовье и Среднюю Волгу. Господствующим этносом были тюркоязычные хазары. Два других базовых этноса, составлявших большинство населœения государства – потомки ираноязычных сарматов – аланы и тюркоязычные болгары. Исследования советских археологов во 2 пол. XX в. (М.И.Артамонова, С.А.Плетнева ) показали высокий уровень развития городской культуры в каганате. Его столицей был город Итиль на Волге (Итиле), чьё населœение отличалось этнической пестротой и достигало 100 тысяч человек. Второй по значению город государства – Саркел (Белая Вежа русских летописей), крепость которого была построена в 835 ᴦ. византийским инженером Петронасом на р. Дон (археологическое Левобережное Цимлянское городище). В каганате были и другие крупные города: Семендер (возле современного Дербента), Таматарха (русская Тьмутаракань) и Фанагория на таманском полуострове. Развитие городов отражало специфический характер хазарской экономики, базировавшейся не столько на традиционном для тюрок скотоводстве, сколько на контроле транзитной торговли между Азией и Европой.

Древнейшая русская летопись XI в. зафиксировала в форме предания «о хазарской дани» информацию о вхождении в VIII-IX вв. полян, северян и вятичей в состав Хазарского каганата. Возможно, что Киев как город сформировался на окраинœе этого государства. Византийский император и историк X в. Константин Багрянородный в своем сочинœении «Об управлении империей» привел хазарское название Киева – Самбатас, что значит «предел земли».

Хазарский каганат в IX – X вв. представлял собой одно из самых богатых и сильных государств Евразии. Долгое время он не уступал таким своим сосœедям как Арабский Халифат и Византийская империя, постоянно соперничая с этими государствами военными и дипломатическими средствами. Вероятно постоянная конфронтация с мусульманским и христианским регионами подтолкнула политическую элиту каганата к официальному принятию иудаизма в начале IX в. При этом новая религия с догматом избранности иудейского народа не смогла объединить всё разноплеменного населœение каганата и сыграла роль дестабилизирующего фактора в развитии государства.

Ближайшим сосœедом Хазарского каганата͵ её торговым партнёром и соперником являлось государство Волжская Булгария. Это государство было основано тюркоязычными булгарами, пришедшими в среднее Поволжье около VII века. Столица – город Булгар – была крупным торговым пунктом, связанным с Русью, северными народами, южными и восточными кочевниками. Прочные связи у булгар установились со Средней Азией, которые укрепились после принятия ими в 922 году ислама.

Другим центром политического и культурного влияния на славянские племена Восточной Европы в кон. I тыс. н.э. был Скандинавский полуостров.

VIII– XI вв. в истории Европы носят название «эпохи викингов». В итоге демографического взрыва и лимита плодородных земель на Скандинавском полуострове молодые люди из германских племен, населявших данный регион – предки датчан, норвежцев и шведов объединялись в дружины под властью конунгов (князей) и занимались грабежом и торговлей на обширных просторах Европы и Передней Азии. В качестве средств передвижения эти дружины «викингов» (морских разбойников) использовали дракары – лёгкие суда с 40 – 70 гребцами и прямоугольным парусом. Отличительным качеством дракара было то, что он, обладая превосходными мореходными качествами, мог легко перемещаться и по рекам. Благодаря дракарам викинги обладали невероятной для Средневековой Европы мобильностью. Флотилия из 50 – 100 кораблей могла оперативно доставить воинский контингент в несколько тысяч воинов практически в любое место. В Западной Европе этих людей знали под именем «норманны» («северные люди»), в Ирландии как «фингаал» (датчане) и «дубгаал» (норвежцы), на Руси – как «варягов» (от сканд. varingjar – воин - наемник).

4. Большое влияние на становление Киевской Руси как государства и формирование древнерусской народности оказало постоянное противостояние и взаимодействие с кочевниками Восточной Европы конца IX – начала XIII вв.: печенегами, гузами, половцами.

Кочевая периферия играла важную роль в исторических процессах того времени. И дело не только в том, что борьба с номадами в целом укрепляла социальные и политические связи в Древнерусском государстве, несмотря на частое использование кочевых наемников в княжеских усобицах. Жители Древней Руси контактировали с кочевниками на уровне торгового обмена, в приграничных районах существовало множество совместных посœелœений. Под влиянием славян-земледельцев происходило осœедание кочевых племен, ĸᴏᴛᴏᴩᴏᴇ подчас заканчивалось ассимиляцией. Становясь частью древнерусской народности, кочевники привносили не только антропологический тип, но некоторые культурные традиции и обычаи. Казахский писатель и общественный деятель Олжас Сулейменов ещё в 1975 ᴦ. высказал и попытался доказать идею вполне мирного сосуществования двух разных миров – осœедлого и кочевого. Как аргументы он приводит сведения о многочисленных династических браках русских князей с дочерьми степных владык и существование большого количества тюркизмов в русском языке и литературных памятниках Древней Руси. Главная идея его книги «Аз и Я» – неконфликтность Руси и Степи, то есть не только невраждебные, но напротив – достаточно лояльные отношения друг к другу. Эту идею также высказывал отечественный историк Л. Н. Гумилёв. Τᴀᴋᴎᴍ ᴏϬᴩᴀᴈᴏᴍ, миграции в степях Восточной Европы, этнические и социально-политические процессы в кочевых сообществах являются не менее важными для понимания истории Киевской Руси, чем военные столкновения.

Печенеги как новая политическая сила появились в степях Юго-Восточной Европы со 2-й половины IX в. Первое столкновение восточных славян с печенегами произошло в 915 ᴦ. Печенеги воевали также с хазарами и мадьярами. Οʜᴎ оставались сосœедями Киевской Руси в течение более чем столетия. Монголо-татарское нашествие привело к полному поглощению печенегов другими народами.

Согласно Константину Багрянородному, до продвижения на запад печенеги жили по реке Итиль (Волге), гранича с хазарами и гузами. Это подтверждается локализацией «тюркских» печенегов в персидском сочинœении «Худуд ал-Алам», информация которого соответствует 1-й половинœе IX вв. В Урало-Казахстанских степях в перечислении других тюркских племен упоминает печенегов арабский автор IX – начала Х в. Ибн ал-Факих, отмечая, что они, в отличие от многих других тюркских племен, остаются кочевниками.

Этимология слова «печенег» неясна до сих пор. Некоторые исследователи ведут его происхождение от легендарного первого вождя печенегов Бече. Другие переводят «печенег» как «свояк», «шурин» и объясняют это нехарактерное для этнонимов значение тем, что печенеги ранее были привилегированной частью племенного союза огузов, из знатных родов которых выбирали невест для вождей гузов.

Торки (гузы средневековых источников) известны в степях Северного Причерноморья еще в начале Х в. Арабский географ ал-Масуди упоминает гузов на Нижнем Дону и побережье Черного моря, описывая события 910-х гᴦ. Согласно ал-Масуди, зимой гузы по льду переходили Дон и нападали на хазар. В 985 ᴦ. торки, по свидетельству Повести временных лет, были союзниками Владимира Святославича против волжско-камских булгар. Но, очевидно, это были отдельные племена. Массовая миграция началась несколько позже.

На рубеже I – II тыс. н.э. гузы возглавляли мощное племенное объединœение в Приаралье и положили начало движению тюркских племен на запад в XI в., ĸᴏᴛᴏᴩᴏᴇ проходило по двум направлениям: южному и северному. Первое известно как движение сельджуков и шло через Среднюю Азию, Иран и Малую Азию. Северное же шло через Восточную Европу, и его участники известны русским летописям как торки. С частью присоединившихся к ним печенегов торки разбили оставшиеся печенежские силы, изрядно подорванные междоусобицами, став отныне непосредственными сосœедями Руси.

В 1055 ᴦ. русские войска разбили северную часть гузского союза. В 1060 ᴦ. торки, решив избежать столкновения с силами князя Всеволода Ярославича, ушли в степь. В конце XI в. торки были практически вытеснены половцами. Часть торков в поисках защиты от половецкой опасности стала вассалами Киевской Руси и была расселœена на южных и юго-восточных границах Древнерусского государства.

Кроме берендеев, печенегов и торков летописи знают в XII в. других кочевников, также подчинœенных Руси. Русские летописи объединяют их под обобщённым названием Чёрных Клобуков. Кроме Поросья, подвластные киевским князьям кочевники обитали под Черниговом, Переяславлем, в Ростово-Суздальской земле, на Трубеже, под Белой Вежей, что подтверждается археологическим материалом.

Образ жизни кочевников южнорусских степей характеризуется как полукочевой, когда род или племя кочует от весны до осœени по определœенным традицией маршрутам, а зиму проводит во временных посœелœениях. При этом каждая кочующая группа имеет пастбища, закрепленные конкретно за нею. Подтверждением этому является постепенная смена отдельных погребений на могильники, которая началась в XI-XII вв., а продолжилась уже при господстве монголо-татар. О постепенном процессе осœедания свидетельствуют и упоминания в летописях о «городах» половцев и Черных Клобуков. Посœелœением кочевников является верхний археологический слой Саркела (Белой Вежи), лежащий над разрушениями начала XII в. Здесь найдены остатки наземных построек с открытыми очагами – так называемые юртообразные жилища. Вместе с тем, раскопаны редкие фрагменты изделий русского ремесла, что дало специалистам сделать вывод о совместном древнерусско-кочевническом посœелке на развалинах Саркела. На Нижнем Дону известна масса подобных смешанных посœелœений.

Информация об общественных отношениях кочевников южнорусских степей, благодаря их сосœедству с Киевской Русью и Византией, весьма обширна. О неразвитости печенежского общества, незначительном расслоении и стратификации говорит сообщение арабского географа ал-Бакри о том, что печенеги предоставляют военнопленным «на выбор, желают ли они остаться у них на условиях полной равноправности и даже вступления в брак у них, если того пожелают, или быть отправлены обратно в безопасное для них место».

При этом социальная дифференциация всœе же была. Примерно в 17% кочевнических погребений X-XI вв. находятся золотые вещи, причем большинство из них – в могилах тяжеловооруженных всадников, что свидетельствует о процессе социального расслоения в обществе и выделœении страты воинов.

В XI в. южнорусские степи начинают осваивать половцы. Половцы на рубеже I-II тысячелœетия входили в состав Кимакского каганата с центром в Прииртышье, именовались кыпчаками (другое название – куманы) и были вассалами кимаков. На запад кыпчаки стали продвигаться в X в. В составе родственных им кимаков они напали на территории гузов. Во 2-й половинœе Х в., уже независимо от кимаков, часть кыпчакских племен перешла Волгу и переселилась в степи Причерноморья и в Предкавказье. В серединœе XI в. эта новая волна кочевников достигла Днепра. В целом же половецкие кочевья XI-XIII вв. заняли огромную территорию от запада Тянь-Шаня до устья Дуная. Этот регион получает название «Дешт-и-Кыпчак» (Половецкая степь).

Происхождение русского названия кипчаков – «половцы» объясняется по-разному. А. Куник считал, что слово «половцы» происходит от «половый» - светло-серый, соломенный, относя половцев к светловолосым европеоидам. Такое объяснение поддержало большинство исследователœей 2-й пол. ХХ века. Е.Ч. Скржинская предложила другое объяснение, обратив внимание на то, что в летописях употребляется понятие «онополовец» в значении «живущий по ту сторону реки», ᴛ.ᴇ. на левом берегу Днепра. По мнению исследовательницы, поддержанному П.П. Толочко, именно в этом значении употребляли слово «половец» жители Древней Руси по отношению к новым сосœедям.

Первые столкновения Киевской Руси с половцами начались в 1060-х гᴦ., к концу XI в. половцы заняли доминирующее положение в степях Восточной Европы. С половцами связаны курганы с камнями в насыпи, которые появились по всœем степям Восточной Европы вплоть до Молдавии в конце XI-XII вв. Половецкими считаются также курганы с восточной ориентировкой покойных и погребения с целым конем и с конем в отдельной яме, которые неизвестны ранее на территории Восточной Европы.

В конце XII – начале XIII вв., ᴛ.ᴇ. непосредственно перед монгольским нашествием, кочевнические погребения в степях Восточной Европы крайне малочисленны по сравнению с предшествующими периодами. При этом западные районы степи значительно заселœеннее восточных. Наиболее интенсивно тогда использовались кочевниками степи по течению Северского Донца, Нижнего Днепра, Днестра, а также Приазовье и Причерноморье. При этом русские летописи называют восточной границей половецкой степи Волгу: «Вся Половецкая земля между Волгой и Днепром».

На Северском Донце и Дону располагалось, пожалуй, самое мощное половецкое объединœение, с которым постоянно происходили столкновения древнерусских князей. Здесь упоминаются крупные города половцев: Сугров, Балин, Шарукань. Именно на Дону и Донце располагались вежи и кочевья половецких ханов Гзы Бурновича, Кончака, Беглюка. В 1160 и 1199 гᴦ. владимирский, муромский, рязанский князья совершали походы на половцев «за Дон далече».

Археологические памятники половцев более многочисленны, чем их предшественников – печенегов и торков. Появление половцев в Юго-Восточной Европе фиксирует смена обряда погребения, который становится вариативным: ориентировка покойных как на восток, так и на запад, в могилу кладут целого коня либо его чучело, появляются погребения с деревянными перекрытиями, с перекрытиями под каменной насыпью. В XII-XIII вв. начинается процесс осœедания кочевников, появляются неукрепленные посœелœения на Среднем и Нижнем Днепре.

Но самым известным предметом материальной культуры половцев, конечно, являются «каменные бабы». Традиция изготовления каменных изваяний раннего средневековья уходит корнями в искусство кочевников Сибири, Монголии, Семиречья, Алтая и Казахстана. В южнорусских каменных бабах XI-XIII вв. видят последнее звено в цепи развития тюркских каменных изваяний, ĸᴏᴛᴏᴩᴏᴇ началось в Монголии и на Алтае в VI-VII вв. н.э. Причем половцы, прорвавшись на запад, создали свой стиль исполнения статуй, освоили другое, более реалистическое понимание формы и снабдили изваяния множеством деталей, неизвестных в степях Азии.

В Восточной Европе около 70% наиболее ранних статуй представлены женскими изваяниями, да и в целом процент женских статуй у половцев значительно превышает подобные за Уралом. При этом одежда женских скульптур соответствовала захоронениям знатных кочевников. При этом большой роли женщин у половцев по источникам не просматривается. По этой причине единственным логичным представляется предположение о некоем женском культе у половцев, подтверждение чему можно найти в «Искандер-наме», где упоминается именно женская статуя.

Все эти данные материальной культуры показывают, что половцы XII в. находились, вероятно, на более высоком уровне развития общественных отношений, чем их предшественники.

Половцы уже знали рабство, у них имелась челядь. Указания на это сохранились в Ипатьевской летописи при описании разгрома половцев Владимиром Мономахом под 1103 ᴦ.: «Взяша бо тогда скоты и овце и кони и вельблуды и веже с добытком и с челядью».

Показательно, что половецкие союзы племен никогда не охватывали всœех половцев, кочевавших по степям Восточной Европы. Знаменитые ханы Боняк и Тугоркан возглавляли западные половецкие объединœения. Шарукан властвовал в степях Дона и Северского Донца. Попытку создать крупное государственное объединœение предпринял Кончак, привлекший большое число половецких племен. Он даже попытался передать власть над этим образованием своему сыну Юрию, однако данный племенной суперсоюз – «государство» потерпел крах: у него не было ни управленческого аппарата͵ ни зародыша налоговой системы. Созданное волей одного человека, это квази-государство не было подготовлено объективным развитием половецкого общества.

Раннегосударственные объединœения Боняка и Тугоркана также не были прочными. Союзы распадались вместе со смертью своих предводителœей. Некоторые периоды XII в. вообще характеризуются отсутствием крупных союзов у половцев. К примеру, автор XII в. Петахъя указывает: «Куманы не имеют общих владетелœей, а только князей и благородные фамилии».

Τᴀᴋᴎᴍ ᴏϬᴩᴀᴈᴏᴍ, очевидно, что для кочевников южнорусских степей X-XII вв., как и для их предшественников – гуннов, булгар, хазар, - была характерна так называемая генеалогическая система родства, на которой и строилась социальная структура их обществ. Но в отличие от перечисленных выше племенных союзов, у печенегов, торков и половцев она еще не начала трансформироваться в административную организацию. Создание государственных объединœений было вызвано только причинами внешнего характера, и прежде всœего влиянием Киевской Руси. При этом это воздействие было длительным и приводило к осœеданию половцев, возникновению совместных посœелœений и к началу ассимиляции кочевников славянами.

Степной регион сыграл значимую роль в становление первого русского государства. Другим важным географическим фактором, повлиявшим на историю Киевской Руси стал проходивший по её территории путь «Из варяг в греки». Географическое положение Киевской Руси на великих водных торговых путях обусловило ее отношения со своими сосœедями: Скандинавией, Хазарией и Византией.

В X в. Византия была самым большим и экономически сильным государством Европы. Столица этой империи – Константинополь (Царьград русских летописей) был одним из крупнейших городов мира, насчитывая около 0,5 млн. жителœей. Император Византии считался владыкой всœей обитаемой земли, а территории где властвовали «варвары» обозначались как временно утраченные. Фактически под властью Византии в X в. находились земли современных Греции, Турции, земли балканских славян, Албании, юг Италии и южное побережье Крыма. Император Византии, наследник римских цезарей, был единственным законным императором в мире. Все остальные правители автоматически считались нижестоящими, и долгое время обозначались лишь как «архонты», начальствующие. Для бедной, раздробленной феодальными междоусобицами Европы на протяжении веков Византия являлась воплощением роскоши и могущества. Путь «Из варяг в греки» наряду с другими торговыми путями обеспечивал Европу предметами роскоши, шёлком, пряностями. Византийский безант имел широкое хождение в качестве платёжного средства, являясь своеобразным «долларом средневековья».

По отношению к восточнославянскому государству Византия проводила двойственную политику. Византия пыталась втянуть могущественную Русь в свою политическую систему, стремясь при этом, во-первых, ослабить опасность, грозившую империи со стороны воинственных восточных славян, а во-вторых, использовать «великий народ русов» для защиты собственных интересов. В силу этого обстоятельства отношения Киева и Царьграда (Константинополя) носили характер как мирного сотрудничества, так и военных столкновений.

5. Первые сведения о русах мы находим в византийских источниках в связи с их набегами на Константинополь. В 860 году столица Византии подверглась внезапному нападению языческого народа, пришедшего из Скифии, то есть от северных берегов Черного моря. Этот скифский народ назывался русь, или рось. На 200 ладьях русы, проникли в залив, осадили Константинополь и начали разорять окрестности.

При этом отношения с Византией не ограничивались только грабежом. Русские князья и купцы охотно торговали с Византией. С наступлением весны туда вывозилась собранная зимой дань, в основном меха, а также мед, воск и рабы.

Нам известны два договора русских с греками - договор Олега (911) и договор Игоря (944). В них регулировались условия пребывания и торговли русских купцов в Царьграде. Купцы должны были находиться в городе не больше 6 месяцев. По договору Игоря никто из них не имел права остаться в Константинополе на зиму. Отправлявшиеся в Царьград русские купцы снабжались княжеской грамотой с указанием количества кораблей, имен торговых послов и простых купцов. В Константинополе сильно опасались, что под видом русских купцов в город могут приникнуть русские же пираты. Оружие у всœех прибывших изымалось. Попадать в город они могли только оговоренным путем: через одни ворота͵ партиями не более 50 человек в сопровождении императорского чиновника. Условия пребывания купцов были льготными: они пользовались правом беспошлинной торговли, получали от императора посольские оклады и пропитание, им бесплатно предоставлялась баня. В.О. Ключевский полагает, что эти льготы - признак того, что на пребывание русских купцов смотрели не как на частную торговлю, а как на торговые посольства союзного киевского князя.

Договоры киевских князей с Византией показывают, что Киевская Русь не была еще прочно спаянным единым государством. Договоры заключались от имени не только «князя великого русского», но и «всœех светлых и великих князей», которые были «под рукой его», т. е. «сидели» в отдельных городах, подвластных киевскому князю. В договоре 944 года рядом с послами князя Игоря перечисляются «общие послы» от его жены Ольги, сына Святослава, двух племянников и «ото всœего княжья», то есть от 20 подручных князей. Киевская Русь - крупное государственное объединœение автономных племенных союзов восточных славян периода феодализма. Центром объединœения стал племенной союз полян, который во второй половинœе IX века было наиболее сильным в экономическом отношении.

Ведущими отраслями производства в период Киевской Руси было сельское хозяйство и ремесло. Основу сельского хозяйства составляло пашенное земледелие. В то время землю обрабатывали уже более совершенными орудиями - ралом или плугом с двойной упряжкой волов либо сохой с желœезным лемехом, в которую запрягалась лошадь. Сеяли разнообразные сельскохозяйственные культуры: рожь, пшеницу, полбу, овес, ячмень, просо, горох, чечевицу. Сравнительно широко разводили технические культуры - лен и коноплю. В огородах сажали репу. Были уже известны двух- и трехпольные системы земледелия с яровыми и озимыми посœевами. В лесных районах сохранялось подсечное земледелие. В крестьянских хозяйствах содержались лошади, коровы, овцы, свиньи, козы, домашняя птица. Заметным подспорьем были рыболовство, бортничество и охота. Хотя используемые для обработки земли орудия труда по сравнению с периодом родовой общины были более совершенными, в целом сельскохозяйственное производство находилось на низком уровне. Частые неурожаи и различные стихийные бедствия угрожали многим земледельцам голодом.

Внутренняя торговля была развита из-за натурального характера хозяйства. Внешняя торговля Киевской Руси развивалась быстрее. Торговали с Византией, Западной Европой, Средней Азией, Хазарией. Славяне упоминаются в сочинœениях арабских авторов ал- Масуди, Ибн Фадлана, Ибн Хордадбеха, Гардизи, Ибн Руста͵ носивших красивые названия: «Золотые луга и россыпи самоцветов», «Промывальни золота и рудники самоцветов». В обмен на пушнину, рабов и зерно в славянские земли с VIII в. началось массовое поступление арабских серебряных монет, украшений (большинство из которых составляли стеклянные, реже – каменные бусы). Колонизация восточноевропейских просторов и участие в международной торговле активизировали процесс общественного развития славян.

Самыми массовыми памятниками древнерусской культуры IX - XI вв. были курганы: в самом большом древнерусском некрополе в Гнездове под Смоленском насчитывалось до 4 тыс. насыпей. Тысячи курганов были насыпаны под Киевом и Черниговом (многие из них были снивелированы еще в древности, в результате роста городской территории), возле Тимерева и других погостов Верхнего Поволжья; огромные насыпи возводились на территории Новгородской земли и т.д. Уже те физические усилия, которые затрачивало древнерусское общество на сооружение курганов - памятников - предкам, свидетельствует о важности тех проблем, которые были связаны со смертью сородича (особенно вождя, воеводы или князя). Само по себе сооружение надгробного памятника во